konrad1975 (konrad1975) wrote,
konrad1975
konrad1975

Categories:

Князь о царской армии

Нашёл высказывания князя Кочубея о царской армии тут:https://j-mcnulty.livejournal.com/64927.html
и тут:http://www.den-za-dnem.ru/page.php?article=1178
"Агент австрийского генштаба Кочубей на деньги Якоба Шиффа, перевезенные в немецком пломбированном вагоне, во Франции, с помощью рецензентов гадящей англичанки, издал подрывную книгу. "

Князь Виктор Сергеевич Кочубей, родившийся в I860 году потомок знатного аристократического рода, внук знаменитого члена Негласного комитета Виктора Павловича Кочубея и (по материнской линии) не менее знаменитого начальника III отделения Александра Христофоровича Бенкендорфа. Будучи женат на княжне Е. К. Белосельской-Белозерской, Виктор Сергеевич доводился зятем Н. Д. Белосельской-Белозерской (урождённой Скобелевой).

В 1910 году появилась его книга «Вооружённая Россия, её боевые основы», местом издания которой был указан Париж. Этот объёмистый — более 300 страниц — труд представляет нам автора как незаурядного военного и государственного мыслителя, который попытался объективно оценить степень готовности России к будущей общеевропейской войне и перспективы её участия в ней.

Далее чуть текста Кочубея, отдельно интересно, что князь Кочубей довольно трезво понимал ситуацию и в случае войны собирался одновременно воевать как с внешним врагом, так и с собственными крестьянами которым эта война была вообще нафиг не нужна. Вероятно он знал о подобной ситуации в 1812 году и думал о её повторении в новых условиях, ведь тогда имперским войскам пришлось одновременно воевать как с французами так и с собственными русскими крестьянами громившими помещичьи усадьбы.

Мрачную оценку дал князь офицерскому корпусу русской армии в целом. Задавшись вопросом о состоянии духа основной массы русского офицерства, автор отвечал: «Его можно выразить чувством общей безнадёжности, под впечатлением которого он (офицер. — Авт.) предаётся самым грубым развлечениям, либо увлекается революционными тенденциями. При существующем положении вещей в русской армии обер-офицеру нет почти другого исхода, как быть горьким пьяницей или сделаться малосознательным протестантом».

Кочубей оценил и уровень боевой подготовки различных родов войск, начав с самого многочисленного из них: «Русская пехота в принципе хорошо вооружена, но скверно снаряжена; она вынослива, обладает хорошим шагом, но она неповоротлива, неуклюжа и плохо маневрирует. Её стрельба отвратительна, её наступление медленно, её атака нерешительна и лишена импульса... В одиночку русский пехотинец хуже, нежели в массе... Штыковой бой, восхвалённый покойным Драгомировым, ему совершенно не известен». Недостатки русского пехотинца, по мысли автора, неверно было бы ставить в укор самому солдату, так как в большинстве своём их причины кроются в пороках командиров. Интересно, что ещё сто лет назад князь нащупал тот подход к пониманию ментальности русского солдата времён Первой мировой, который сегодня стал предметом ряда интересных исторических исследований: «Он был крестьянином и таковым остаётся; к чему рисковать ему жизнью? Когда он попадает в плен, его служба сама собою прекращается, его обязанности также».

Не менее строгие оценки заслужила и русская артиллерия, которая, по мнению Кочубея, фактически не отвечала своему боевому назначению. Проблемы качества русской артиллерии, которые Кочубей называл «недостаточной действительностью», он видел в низком уровне огневой подготовки и малой подвижности, безусловно, связанных с неудовлетворительной работой по обучению расчётов. Однако имелись причины и чисто материального характера. Недостатки навыков практической стрельбы объяснялись экономией снарядов и ресурса орудий в процессе боевой учёбы. Низкую подвижность артиллерии порождали недостаток лошадей, годных к использованию в артиллерии, низкое качество упряжи и, наконец, тяжёлая материальная часть.

Ещё более резкие отзывы Кочубея, несколько лет прослужившего в Кавалергардском полку, получила русская кавалерия, которую он считал одной из худших в мире. «Ее начальство, как высшее, так второстепенное, не умеют ни ездить верхом, ни распоряжаться конными силами... Нижние чины службы почти не знают, не умеют ездить верхом, ни владеть оружием». Совершенно уничтожающих характеристик князя заслужила казачья кавалерия. «С военной точки зрения казаки представляют самый неимоверный bluff (самообман. — Авт.), какой только может отметить какая-либо из современных кавалерии. Пользуясь совершенно ложной репутацией, современные казаки на самом деле представляют лишь скверную конную милицию».

Все эти соображения подвели Кочубея к выводу о том, что вмешательство России в крупный военный конфликт, в особенности с сильными противниками — Германией и Австро-Венгрией, — будет для неё губительным. Впрочем, в 1910 году автор надеялся, что Россия сможет избежать участия в большой европейской войне, он верил в рационализм и здравый смысл русской внешней политики.

Сложной задачей представлялась Кочубею милитаризация главного звена российской экономики — сельского хозяйства — и самой многочисленной части населения — крестьянства. С этого момента размышления князя приобретают черты прогнозов и прорицаний. Памятуя о крестьянских бунтах 1902 и 1905-1907 годов, автор склонен считать крестьянство крайне ненадёжным элементом, у которого узко индивидуалистические интересы превалируют над интересами государства, в том числе и в сфере обороны. В условиях войны эта ненадёжность выразится в равнодушии к исходу борьбы России с врагом, в склонности к пассивному коллаборационизму. Действие же законов и власть администрации распространяются на сельскую местность и её население лишь условно, авторитет власти признаётся деревней лишь постольку, поскольку он опирается на вооружённую силу.

Процедуру милитаризации деревни автор представлял себе так. С началом войны сельская местность должна быть взята под контроль специальными воинскими контингентами, преимущественно конными, оснащёнными легкой артиллерией. Они обеспечат проведение всех мобилизационных мероприятий, поддержание порядка, а в случае захвата территорий противником выступят основой партизанского сопротивления. Кочубей не отрицал, что под термином «милитаризация» фактически скрывалась терроризация деревни во время войны, то есть открытие внутреннего фронта — фронта Гражданской войны.

«Предлагая милитаризацию или, вернее, терроризацию (курсив автора — Авт.) деревни во время войны, я подчиняюсь перед роковой необходимостью. Каждому человеку, мало-мальски преданному своему отечеству, тяжело сознаться в том, что многочисленная часть его населения может в случае государственной опасности не оказаться на высоте своего гражданского долга. Что же делать, когда, трактуя об активной обороне России и представляя себе поведение её крестьянского населения во время присутствия в ней неприятельского нашествия, так и грезится отвратительная картина: словно видишь общество крестьян со старостой во главе, встречающее с хлебом и солью неприятельские разъезды; как бы слышишь старосту, говорящего от имени своих односельчан иностранному офицеру, гордо сидящему на коне: «.Батюшка! наши мужички народ тёмный и им всё едино перед кем преклоняться, только бы хлебушка хватило на баб да детишек, а там ведь в писании сказано, отдай кесарю кесареву, а Божье Богу! (курсив автора. — Авт.)».
Tags: Россия, интересно, история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments